Первым на такое решился сам создатель современной биологической систематики

Когда биолог называет чьим-то именем открытый им вид — это очень почетно, даже если речь о клеще. Но некоторые использовали эту возможность, чтобы отомстить недругу или выразить негативное отношение к оппоненту. Мы собрали самые интересные примеры таких «дуэлей».

От мелкой фигни к интересной статье

Какие только названия не дают ученые открытым им видам! Однажды наш научный редактор рассказал мне историю о том, как в 2009 году одному виду бабочек дали забавное название — Fignya melkaya. Мы проверили, это не фейк! Вообще, назвать новый вид именем кого-то — большая честь для этого человека. Но ученые тоже люди и начали использовать эту опцию в словесных битвах со своими оппонентами.

Мы обсуждали этот парадокс и решили сделать материал о таких исключениях: видах животных и растений, которым ученые дали названия назло тем, кого не очень-то жаловали. Нашли эрудированного автора, которому была интересна эта тема, и он собрал увлекательную подборку.

Кувшинка снежно-белая. Ежемуха свирепая. Дятел обыкновенный. Все это — названия биологических видов, составленные по принципу бинарной номенклатуры. В чем ее суть? Название вида представляет собой биномен, то есть два слова на латинском (или греческом) языке, а во многих живых языках со временем закрепился более или менее буквальный перевод. Первое слово — существительное, которое обозначает род. Второе — прилагательное, которое добавляет видовую характеристику.

Казалось бы, все логично и просто — но до XVIII века такой системы в мировой науке не было. Изобрел ее шведский ученый Карл Линней — отец современной биологической систематики.

Новый принцип именования оказался не просто удобным: он дал ученым неожиданные «бонусы». Например, первооткрыватель вида может назвать его в честь близкого человека, любимого наставника, щедрого покровителя и даже вымышленного персонажа. Мы привыкли считать, что такое «посвящение» лестно; однако история знает случаи, когда бинарная номенклатура становилась орудием полемики и даже личной мести. Первым о таких возможностях догадался сам Линней — по словам современников, человек злопамятный и острый на язык.

Ехидный гений

Линней разработал не только новый подход к систематике видов, но и половую систему классификации растений. Ее главным критиком выступил прусский ученый Иоганн Георг Сигезбек, член Петербургской академии наук и директор Ботанического сада в столице Российской империи. Он счел труды Линнея безнравственными — ведь в них тычинки сравнивались с мужскими половыми органами, а пестики — с женскими, да и вообще угадывался эротический подтекст!

Линней возмутился (тем более, что Сигезбек прежде вел с ним вполне дружескую переписку) и нашел способ отомстить. Он назвал в честь оппонента сигезбекию восточную (Sigesbeckia orientalis) — невзрачное растение с едким запахом, которое в те времена использовали для лечения сифилиса. К тому же у сигезбекии очень мелкие цветки. Если вспомнить, что Линней проводил четкую аналогию между цветками растения и половыми органами человека, намек выглядит совсем уж оскорбительно.

Есть свидетельства, что Линней отослал Сигезбеку мешочек с семенами, на котором было написано Cuculus ingratus — «кукушка неблагодарная». Из семян выросла сигезбекия, что очень разозлило адресата.

От Линнея порой доставалось и покойным коллегам — например, жившему в XVI веке испанцу Франсиско Эрнандесу. В его «честь» Линней назвал эрнандию — дерево с красивыми листьями, но едва заметными цветками. Дело в том, что труды этого исследователя он считал совершенно бесполезными. А имя современника Эрнандеса, немецкого ботаника Теодора Дорстена, получила дорстения, чьи цветки, по выражению Линнея, «как бы поблекли и вышли за пределы своего расцвета». Вероятно, так он намекнул, что идеи Дорстена давно устарели.

Костяные войны

Во второй половине XIX века научный мир США сотрясали нешуточные баталии, вошедшие в историю как «война костей» или «великая гонка за динозаврами». Два ведущих американских палеонтолога — Эдвард Дринкер Коуп и Отниел Чарлз Марш — прошли путь от юношеской дружбы до ожесточенного соперничества. Однажды ученые отправились в совместную экспедицию по штату Нью-Джерси, где незадолго до того были найдены окаменелые останки гадрозавра.

Коуп оказался баловнем судьбы: он наткнулся на богатые залежи доисторических костей. Тогда Марш подкупил его сотрудников, чтобы присвоить лучшие экземпляры. Так началась их многолетняя вражда.

Соперничество, подпитываемое неприязнью и жаждой славы, длилось почти четверть века. Ученые вели яростную борьбу за то, кто обнаружит и опишет больше новых видов динозавров. Они не брезговали ничем: подкупали рабочих, засылали шпионов, организовывали тайные раскопки и даже намеренно уничтожали кости, чтобы те не достались конкуренту. В погоне за результатом они порой публиковали описания по фрагментарным останкам, что приводило к путанице (например, один и тот же вид могли описать дважды под разными именами).

Коуп и Марш готовы были пустить в ход любое оружие — в том числе и словесное. Так, Марш назвал «в честь» соперника ископаемый вид Mosasaurus copeanus. Если убрать из второй части фамилию Cope, название станет неприличным. Коуп не остался в долгу и ответил всем своим недругам сразу. Он назвал другой ископаемый вид Anisonсhus cophater. Первое слово образовано от греческого со значением «неравный» и может быть истолковано как «неровня», а второе, если читать по-английски, переводится как «ненавистники Коупа».

Костяные войны — при всей неэтичности методов — дали мощный толчок развитию палеонтологии. В ходе «гонки за динозаврами» были открыты десятки ископаемых видов; к тому же палеонтологам пришлось разработать единые стандарты описания находок (чтобы больше не допускать ошибок в классификации). Конкуренция, хоть и нечестная, стала двигателем научного прогресса.

Кривая и плоскоголовая

Еще одна «словесная дуэль» палеонтологов произошла в Швеции между Первой и Второй мировыми войнами. Выпадами обменялись Эльза Варбург и Орвар Исберг. Варбург описала прежде неизвестный род трилобитов, который назвала Isbergia, причем любезно поблагодарила коллегу за помощь в сборе образцов. Вот только два вида получили название Isbergia parvula («исбергия мелкая») и Isbergia planifrons («исбергия плоскоголовая»).

Через несколько лет Исберг описал род вымерших моллюсков Warburgia и тоже выразил коллеге благодарность. Четыре вида обрели колоритные названия: Warburgia crassa, Warburgia lata, Warburgia oviformis, Warburgia iniqua («варбургия толстая», «варбургия широкая», «варбургия яйцеобразная», «варбургия кривая»). Латинское прилагательное iniqua имеет несколько значений: «неравная», «искривленная», «несправедливая», «бесчестная». Речь вроде бы шла об асимметричной раковине моллюска, так что формально придраться было не к чему.

Причина этой перепалки точно не установлена. Возможно, дело в том, что Варбург была еврейкой, а Исберг открыто симпатизировал нацистам. Если так, название вида «исбергия плоскоголовая» должно было привести его в бешенство. Ведь форма черепа имела принципиальное значение для поборника расовой чистоты.

Скандал на все времена

В 1973 году чешский ботаник Иржи Понерт описал свыше 200 новых видов растений полуострова Малая Азия. Коллеги заподозрили неладное и не ошиблись: Понерт использовал чужие описания и придумал имена растениям, которые ни разу не видел сам.

Швейцарец Вернер Гройтер решил, что грубое нарушение научной этики не должно остаться безнаказанным. Он дал одному из видов клевера красноречивое название: Trifolium infamia-ponertii (дословно — «трилистник позор Понерта»). Теперь этот клевер не просто растет где-то в Греции, а напоминает ботаникам всего мира: плагиат — зло!

* * *

Бинарная номенклатура и в наши дни служит для выражения антипатий. Например, название земноводного из рода толстокожих червяг — Dermophis donaldtrumpi («червяга Дональда Трампа») было куплено британской компанией EnviroBuild за немалые 25 000 долларов на аукционе, проводимом Фондом защиты тропических лесов.

Название земноводного «червяга Дональда Трампа» было выкуплено на аукционе за 25 000 долларов

Сооснователь компании Эйдан Белл пояснил: червяга почти слепая, и ее название «отражает стратегию, которую Трамп демонстрировал по вопросу изменения климата». К тому же червяга проводит большую часть жизни под землей, что, по словам Белла, напомнило ему, как «зарывание головы в землю помогает Трампу избегать научного консенсуса по антропогенному изменению климата».

В тропических лесах Амазонии каждый год открывают сотни видов животных и растений. В глубинах мирового океана и под ледяным панцирем Антарктиды таятся бесчисленные микроорганизмы, о которых пока не знают ученые. У биологов еще долго не иссякнут возможности для взаимных похвал — и взаимных уколов.

источник