Теперь толкуют о деньгах
В любых заброшенных снегах,
В портах, постелях, поездах,
Под всяким мелким зодиаком.
Tот век рассыпался, как мел,
Который словом жить умел,
Что начиналось с буквы «Л»,
Заканчиваясь мягким знаком.
О, жгучий взгляд из-под бровей!
Листание сборника кровей!
Что было содержаньем дней,
То стало приложеньем вроде,
Вот новоявленный Моцарт,
Сродни менялам и купцам,
Забыв про двор, где ждут сердца,
К двору монетному подходит.
Все на продажу понеслось,
И что продать, увы, нашлось:
В цене все то, что удалось,
И спрос не сходит на интриги.
Явились всюду чудеса,
Рубли раздув, как паруса,
И рыцарские голоса
Смехоподобны, как вериги.
Моя надежда на того,
Кто, не присвоив ничего,
Свое святое естество
Сберег в дворцах или в бараках,
Кто посреди обычных дел
За словом следовать посмел,
Что начиналось с буквы «Л»,
Заканчиваясь мягким знаком.
Каяться… Чё ж он никак не попросят Прощения?! Никогда не прощу! Два моих Деда лежат в Европе.
У меня никто Прощения не попросил.
У, суки. Это их счастье, что туристкой в Европу ездит моя Дочь. А меня не пускают — и правильно не пускают — я б им напомнил!!!
Не в чем каяться. Было? Да, было. С кого спрос теперь? С того, кто отдавал Приказ перейти границы СССР. Просто интересно — а чего они потом ждали в ответку — что АРМАДА Солдат, перейдя Границу в обратку, начнёт цветы бабам дарить??? Не в чем каяться.
«Родственники расстрелянных в Катыни хотят по 50000 евро.»
Армянин в Тбилиси чего-то натворил. Забрали его, посадили в КПЗ.
Грузины, сидящие в КПЗ, недолго думая, взяли и изнасиловали его…
Он сидит, плачет… Потом думать начали — а вдруг придёт начальник?
А тут и идёт начальник…
-Э, ара, чё он плачет?!
— Не знаем, начальник… как посадили — так и плачет — виноград хочу, хурму хочу, яблоки хочу!
— Чё?!!! А @уй в сраку он не хочет?!
-Э, слушай, давали уже! А он всё равно плачет — виноград хочу, хурму хочу, яблоки хочу!..
Мне, повзрослевшему, весьма нехерово жилось в Союзе, и весьма нехерово живётся сейчас… ты не понял… за бабушкину НАУКУ — мыть подъезды — я БЛАГОДАРЕН Ей — по гланды!
Главное — работать. РА-БО-ТАТЬ! и всё будет:)
А чё удивительного?
Когда бомбили Грозный (на наши деньги, между прочим — ДОРОГО БОМБИТЬ всегда), превращая его в руины — ничего удивительного не было?
Так чего счас удивительно? Что много дорогих машин несутся?
А по Москве — меньше дорогих машин носятся, Россияне?
А Льва Толстого, «Хаджи Мурата», 17ую главу давно перечитывали?
" XVII
Аул, разоренный набегом, был тот самый, в котором Хаджи-Мурат провел ночь перед выходом своим к русским.
Садо, у которого останавливался Хаджи-Мурат, уходил с семьей в горы, когда русские подходили к аулу. Вернувшись в свой аул, Садо нашел свою саклю разрушенной: крыша была провалена, и дверь и столбы галерейки сожжены, и внутренность огажена. Сын же его, тот красивый, с блестящими глазами мальчик, который восторженно смотрел на Хаджи-Мурата, был привезен мертвым к мечети на покрытой буркой лошади. Он был проткнут штыком в спину. Благообразная женщина, служившая, во время его посещения, Хаджи-Мурату, теперь, в разорванной на груди рубахе, открывавшей ее старые, обвисшие груди, с распущенными волосами, стояла над сыном и царапала себе в кровь лицо и не переставая выла. Садо с киркой и лопатой ушел с родными копать могилу сыну. Старик дед сидел у стены разваленной сакли и, строгая палочку, тупо смотрел перед собой. Он только что вернулся с своего пчельника. Бывшие там два стожка сена были сожжены; были поломаны и обожжены посаженные стариком и выхоженные абрикосовые и вишневые деревья и, главное, сожжены все ульи с пчелами. Вой женщин слышался во всех домах и на площади, куда были привезены еще два тела. Малые дети ревели вместе с матерями. Ревела и голодная скотина, которой нечего было дать. Взрослые дети не играли, а испуганными глазами смотрели на старших.
Фонтан был загажен, очевидно нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее.
Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения.
Перед жителями стоял выбор: оставаться на местах и восстановить с страшными усилиями все с такими трудами заведенное и так легко и бессмысленно уничтоженное, ожидая всякую минуту повторения того же, или, противно религиозному закону и чувству отвращения и презрения к русским, покориться им.
Старики помолились и единогласно решили послать к Шамилю послов, прося его о помощи, и тотчас же принялись за восстановление нарушенного. "
Ничего не понимаю…
Как только говорится — на Армию деньги будут — тут же проклятия — да не надо!
???
Вы служили? У Вас родственники СЧАС служат? — Так поспрашайте их — как?
Мои родственники говорят — счас нормально, и почти хорошо.
А зачем КОНКРЕТНЫЕ Дела Президента? Есть же МагСпэйс…
:)))
Тут всех разнесут, минусуют, выпилят…
Ух… Гражданский долг исполнен!
Кто там ещё супротив нас?:)))
С причинно-следственными связями у тебя плохо…
Он и слал потОм, да не десятку… Больше… А бабушка нам, внукам, на счёт всё откладывала… И мыла подъезды…
Не поймёшь? Что такое — «всё для внуков»? Внуков нет?
А чё такое бот?
Но Вежливость — она ж пробивает всё… всех… навсегда...!:)))
Что плохо?:)
Только НИКОГДА их не скрестят...:)))
В любых заброшенных снегах,
В портах, постелях, поездах,
Под всяким мелким зодиаком.
Tот век рассыпался, как мел,
Который словом жить умел,
Что начиналось с буквы «Л»,
Заканчиваясь мягким знаком.
О, жгучий взгляд из-под бровей!
Листание сборника кровей!
Что было содержаньем дней,
То стало приложеньем вроде,
Вот новоявленный Моцарт,
Сродни менялам и купцам,
Забыв про двор, где ждут сердца,
К двору монетному подходит.
Все на продажу понеслось,
И что продать, увы, нашлось:
В цене все то, что удалось,
И спрос не сходит на интриги.
Явились всюду чудеса,
Рубли раздув, как паруса,
И рыцарские голоса
Смехоподобны, как вериги.
Моя надежда на того,
Кто, не присвоив ничего,
Свое святое естество
Сберег в дворцах или в бараках,
Кто посреди обычных дел
За словом следовать посмел,
Что начиналось с буквы «Л»,
Заканчиваясь мягким знаком.
У меня никто Прощения не попросил.
У, суки. Это их счастье, что туристкой в Европу ездит моя Дочь. А меня не пускают — и правильно не пускают — я б им напомнил!!!
Армянин в Тбилиси чего-то натворил. Забрали его, посадили в КПЗ.
Грузины, сидящие в КПЗ, недолго думая, взяли и изнасиловали его…
Он сидит, плачет… Потом думать начали — а вдруг придёт начальник?
А тут и идёт начальник…
-Э, ара, чё он плачет?!
— Не знаем, начальник… как посадили — так и плачет — виноград хочу, хурму хочу, яблоки хочу!
— Чё?!!! А @уй в сраку он не хочет?!
-Э, слушай, давали уже! А он всё равно плачет — виноград хочу, хурму хочу, яблоки хочу!..
Главное — работать. РА-БО-ТАТЬ! и всё будет:)
Мы -господа дарованной нам тюрьмы...» © А.Я.Розенбаум
«Но была одна нация, которая совсем не поддалась психологии покорности
— не одиночки, не бунтари, а вся нация целиком. Это — чечены.»
так, по памяти...:
Настоящее обучение начинается тогда, когда заканчивается обучение официальное
Кажись, Герцен сказал.
А Льву Толстому минусовать — так это ж надо б хотя б прочесть его сначала?:)))
Когда бомбили Грозный (на наши деньги, между прочим — ДОРОГО БОМБИТЬ всегда), превращая его в руины — ничего удивительного не было?
Так чего счас удивительно? Что много дорогих машин несутся?
А по Москве — меньше дорогих машин носятся, Россияне?
А Льва Толстого, «Хаджи Мурата», 17ую главу давно перечитывали?
" XVII
Аул, разоренный набегом, был тот самый, в котором Хаджи-Мурат провел ночь перед выходом своим к русским.
Садо, у которого останавливался Хаджи-Мурат, уходил с семьей в горы, когда русские подходили к аулу. Вернувшись в свой аул, Садо нашел свою саклю разрушенной: крыша была провалена, и дверь и столбы галерейки сожжены, и внутренность огажена. Сын же его, тот красивый, с блестящими глазами мальчик, который восторженно смотрел на Хаджи-Мурата, был привезен мертвым к мечети на покрытой буркой лошади. Он был проткнут штыком в спину. Благообразная женщина, служившая, во время его посещения, Хаджи-Мурату, теперь, в разорванной на груди рубахе, открывавшей ее старые, обвисшие груди, с распущенными волосами, стояла над сыном и царапала себе в кровь лицо и не переставая выла. Садо с киркой и лопатой ушел с родными копать могилу сыну. Старик дед сидел у стены разваленной сакли и, строгая палочку, тупо смотрел перед собой. Он только что вернулся с своего пчельника. Бывшие там два стожка сена были сожжены; были поломаны и обожжены посаженные стариком и выхоженные абрикосовые и вишневые деревья и, главное, сожжены все ульи с пчелами. Вой женщин слышался во всех домах и на площади, куда были привезены еще два тела. Малые дети ревели вместе с матерями. Ревела и голодная скотина, которой нечего было дать. Взрослые дети не играли, а испуганными глазами смотрели на старших.
Фонтан был загажен, очевидно нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее.
Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения.
Перед жителями стоял выбор: оставаться на местах и восстановить с страшными усилиями все с такими трудами заведенное и так легко и бессмысленно уничтоженное, ожидая всякую минуту повторения того же, или, противно религиозному закону и чувству отвращения и презрения к русским, покориться им.
Старики помолились и единогласно решили послать к Шамилю послов, прося его о помощи, и тотчас же принялись за восстановление нарушенного. "
Как только говорится — на Армию деньги будут — тут же проклятия — да не надо!
???
Вы служили? У Вас родственники СЧАС служат? — Так поспрашайте их — как?
Мои родственники говорят — счас нормально, и почти хорошо.
P.S.Снайперов — УВАЖАЮ и ЦЕНЮ с 1988го года.
— Всё.
:)))
Тут всех разнесут, минусуют, выпилят…
Ух… Гражданский долг исполнен!
Кто там ещё супротив нас?:)))
Он и слал потОм, да не десятку… Больше… А бабушка нам, внукам, на счёт всё откладывала… И мыла подъезды…
Не поймёшь? Что такое — «всё для внуков»? Внуков нет?
Повторить вопрос?
блин… Просто вот так и жили… я не пропагандист… просто вспомнилось… честно…
За гроши… Я тебе пытался объяснять, что это и были реальные приработки в то время… десятка…
То, что бабушка Зина больная уже была и действительно не могла устроиться на постоянку — ты никак не можешь сообразить?
подработать и заработать просто ну больше никак тогда было…
И ты не смейся. И не поминай всуе мою бабушку Зину.
Я тебе как было рассказал, искренне.
Да вот так и жили… Причём тут — добрые?
Копеечная вся жизнь тогда была…
Оттого отец и махнул на Север.
да потому что у меня седла на велосипеде не было!»
:)
Не рассказывай сказки про жизнь в Советском Союзе, RedCat…
Уж мне-то — не рассказывай…