Самолет Дальстроя потерпел катастрофу под Зырянкой 79 лет назад

День в истории 8 января

8 января 1944 года в районе местности Чэнгэ (Якутия) потерпел катастрофу самолет П-5 СССР-Х-367 авиаотряда Дальстроя, выполнявший транспортный рейс из Среднеколымска в Зырянку. Пилот В.И. Жеребин, бортмеханик И.С. Коробейников и один пассажир погибли.

Днём, 8 января 1944 г, самолёт П-5 СССР-Х-367 вылетел из Среднеколымска. Цель полёта – доставка пассажира в пос. Зырянка. По истечении расчетного времени в аэропорт назначения не прибыл, назад не вернулся.

Принятыми мерами поиска самолет не обнаружен. По информации, поступившей 16 февраля в Зырянку из Среднеколымского РК, трое охотников, находившихся 8 января в 10 -15 км от местности Чэнгэ, наблюдали пролёт пропавшего самолёта, затем шум мотора сразу прекратился. Предположив, что самолёт произвел вынужденную посадку или с ним произошла авария, двумя охотниками была предпринята попытка обнаружить самолёт. Поиски, продолжавшиеся два дня, закончились безуспешно. 20 марта в Зырянку поступило сообщение, что охотник колхоза им. Кирова – на местности Чэнгэ обнаружил занесенные снегом обломки самолёта.

Прибывшая из Зырянки на место катастрофы комиссия установила, что найденные обломки принадлежат пропавшему самолёту Х-367, под обломками обнаружены тела трёх человек – пилота, бортмеханика и пассажира. Детальным осмотром места происшествия было установлено, что самолёт врезался в землю в 50 метрах от безымянного озера на 700 –м километре реки Колыма, в 70 км от аэропорта пос. Зырянка.

Самолёт, летевший курсом с юга на север, пикировал с большим правым креном и врезался в землю с высокой вертикальной скоростью, о чем свидетельствует яма глубиной около метра, три в ширину и шесть метров в длину, выбитая самолётом на месте падения, а также значительное разрушение самого самолёта. Мотор работал до самого момента столкновения с землей. Находившиеся на борту люди погибли мгновенно во время удара.

Погодные условия 8 января в районе происшествия: низкая облачность, видимость около 100 м, снегопад, туман.

Подробнее ЗДЕСЬ.

Также в этот день:

  • 8 января 1932 года ледорез «Федор Литке», уже проложивший с начала зимы путь на Колыму для двух пароходов, вышел из бухты Нагаева, навстречу третьему пароходу «Сахалин», на котором в город должно было прибыть руководство Дальстроя во главе с его первым директором Эдуардом Берзиным.

Длительный поход «Федора Литке» стал одним из первых зимних плаваний подобного рода. Когда в начале 30-х годов стало очевидно, что управление ледовым плаванием не может зависеть от искусства отдельных капитанов, руководство страны пришло к выводу, что стратегия и тактика плавания во льдах должны стать наукой, основанной на всесторонних исследованиях. Плавание ледореза «Федор Литке» в Охотском море в зимних условиях, во многом положило начало подобным исследованиям.

В момент выхода из Нагаева корабль уже истратил большую часть необходимого угля. Он предпринял попытку пробиться сквозь льды к Четвертому Курильскому проливу, чтобы дождаться там «Сахалина», только выходящего из Владивостока с запасом угля для экспедиции.

Пройдя мимо острова Завьялова, ледорез попал в сплоченный битый лед, в котором двигался со скоростью 8 узлов, а затем вышел на чистую воду. Чтобы выяснить ледовую обстановку далее по направлению на юго-восток, «Федор Литке» прошел по чистой воде 30 миль, после чего, повернув обратно, вошел в лед и лег в дрейф, переместившись при этом на 35 миль к юго-западу от места своей остановки.

19 января «Федор Литке» снялся навстречу вошедшему в Охотское море «Сахалину». Но уже через два дня на ледорезе закончился весь уголь, и, чтобы поддерживать пар в котлах, пришлось разобрать деревянный кормовой кубрик. «Сахалин» продвигался навстречу ледорезу чрезвычайно медленно, поэтому было решено пустить на топливо и часть материалов, инвентаря и продовольствия – с тем, чтобы как можно ближе подойти к пароходу.

Наилучшим суррогатом топлива оказался шлак, смешанный с салом и машинным маслом. Однако постоянно поддерживать необходимое давление пара таким топливом было почти невозможно, поэтому весь путь «Федора Литке» после того, как запасы угля окончились, согласно записи в вахтенном журнале, состоял из ежечасных остановок для поднятия пара и движения вперед продолжительностью от 40 минут до 1 часа.

Не дойдя до «Сахалина» всего 200 метров, ледорез окончательно остановился – пара не хватило даже на приветственный гудок. «Сахалин» своим ходом пришвартовался к борту «Федора Литке» и передал ему 564 тонн угля и 175 тонн воды. 24 января суда снялись для следования в бухту Нагаева.

В 7 милях от мыса Алевина «Сахалин» попал в сильное сжатие льдов, судно накренило, торосы нагромоздились почти до верхней палубы, при этом оказались поврежденными четыре шпангоута, все видимое пространство оказалось покрытым сплошными торосами до 3 метров в высоту, при этом по замерам толщина ровного льда составляла 60, 80 или даже 120 сантиметров.

Только с начавшейся разрядкой льда суда получили возможность возобновить движение. Пройдя Ольский пролив, оказавшийся почти чистым ото льда, суда вошли в лед Ольского залива для перегрузки угля на «Федор Литке».

2 февраля сплошной лед с торосами высотой 1–2,5 метров, в котором двигался караван судов, дал трещину, которая быстро разошлась до 10–15 сажен вдоль берега до самого мыса Чирикова. По образовавшемуся каналу суда подошли к входу в бухту Нагаева. Проводка «Сахалина» в бухту Нагаева к месту стоянки «Свирьстроя» и «Да-шинга» заняла 36 часов.

Так, 4 февраля 1932 года, на 25 день после выхода из Владивостока, «Сахалин» с ощутимой и взаимовыгодной помощью «Федора Литке» достиг пункта назначения. Выгрузка прибывшей на судне техники, грузов производилась прямо на лед бухты Нагаева. На этом же пароходе, кроме руководства треста Дальстрой во главе с Эдуардом Берзиным, были доставлены вольнонаемные работники, стрелки военизированной охраны и первый этап колымских заключенных, которых, по неподтвержденным данным, было не менее ста человек.

  • 8 января 1960 года газета «Магаданская правда» сообщила об открытии буфета в самом большом магазине города — гастрономе № 2. Ныне он известен как «Центральный» гастроном.
  • 8 января 1973 года решением Магаданского облисполкома №20 утвержден акт Государственной комиссии о приемке в эксплуатацию здания универсального Дома бытовых услуг «Заря» по проспекту Карла Маркса, 26. Официальное открытие состоялось спустя месяц, 15 февраля 1973 года. Первым директором была назначена Любовь Андреевна Тарасова.

 

Фото: odynokiy.livejournal.com

источник

  • avatar
  • .
  • +8

Больше в разделе

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.